XVI-XVII
века

Промышленность и сельское хозяйство в Европе

Промышленность и сельское хозяйство в Европе - фото

XV-XVIII века. Кузница с водяным двигателем. Гравюра XVI векаXV-XVIII века. Большая водоподъёмная машина. Гравюра XVI века

Мануфактура. Причины появления мануфактур

С развитием морской торговли, ростом населения в заокеанских колониях, притоком золота и серебра из Нового Света в Европе начинает увеличиваться спрос на изделия ремесла. Конечно, по-прежнему трудились в городах ремесленники в мастерских и многие их изделия были, как всегда, прекрасны по своему качеству. Но их недоставало.

Чтобы удовлетворить растущий спрос на товары, нужны были более крупные предприятия. Размеры мастерской, количество работающих в ней подмастерьев н учеников, количество и качество изделий строго оговаривались цеховыми уставами. В XVI в. эти ограничения стали помехой в развитии промышленности. А нужда в крупных предприятиях год от года увеличивалась. И они появились. Чаще всего это было так.

Богатый купец, закупив большое количество шерсти (раз купил много — получил скидку в деньгах), едет в деревню и раздает сырье деревенским ремесленникам и крестьянам. Они договариваются о цене и сроках, когда он приедет взять готовую пряжу. Та же история повторяется и дальше — только теперь купец раздает пряжу ткачам и приезжает за готовым сукном. Эта история может повторяться столько раз, сколько операций Потребуется произвести, чтобы получить готовый к продаже товар. Теперь купец стал работодателем, он владелец предприятия, ни него работают наемные работники, в которых превратились крестьяне и ремесленники.

Труд был еще ручной. Так стали зарождаться предприятия нового типа —мануфактуры. "Мануфактура" в переводе с латинского языка означает «сделанное руками».

Вначале каждый работник трудился у себя на дому. Такая мануфактура получила название рассеянной. Несколько позднее предприниматели, а также богатые мастера (уже и в городах тоже) стали строить специальные здания, где под одной крышей работали наемные рабочие разных специальностей. Каждый делал только одну производственную операцию, что позволяло работать быстрее. Такая мануфактура стала называться централизованной.

Так возникли мануфактуры. Следовательно, мануфактура — это крупное предприятие, где господствует ручной труд, существует разделение труда на отдельные производственные операции и применяется труд наемных рабочих.

Разделение труда давало возможность выпускать больше продукции в единицу времени, повысить производительность труда. В XVII в. новые формы хозяйства преобладали в Англии, Нидерландах, развивались во Франции. Капиталистические формы хозяйства распространились на производство стекла, сахара, бумаги, шелка, сукна.

В Англии мануфактурное производство особенно развивалось в сукноделии. Известен, например, суконщик Томас Рейнольде из Колчестера, снабжавший сырьем на дому 400 прядильщиц, 52 ткача, 33 ремесленника других специальностей.

Новые изобретения

XVI и XVII вв.— время новых изобретений. Люди искали источники энергии — ведь без них невозможно было развитие производства. Уже в XVI в. изобретатели создавали простейшие механизмы. Приводились они в движение силой воды или ветра.

Одним из распространенных источников энергии были ветряные мельницы. Без них невозможно представить себе пейзаж Нидерландов в XVI в. Там даже получил распространение особый вид мельниц с вращающимся верхом мельничной башни. Но если ветра не было — мельницы не работали. В XVI в. к мельницам стали присоединять пилы, и они приводили их в движение. При помощи энергии, которую давало мельничное колесо, приготавливали бумажную массу, обрабатывали кожи, измельчали руду и пр.

Огромное количество технических изобретений основывалось на применении винта. Вначале винты делали из дерева, затем их стали изготовлять из металла. Когда в XVI в. изобрели токарный станок, а также освоили отливку винтов  из  бронзы,  то  это  позволило  резко  увеличить их производство и применение. Винтовой пресс стали использовать в книгопечатании и изготовлении монет.

Многие изобретения были связаны с горнорудными производствами. На шахтах и рудниках имелась необходимость в применении насосов для откачки воды (такие насосы называют «помпы»). Глубина шахт становилась все больше, от 200 до 800 м. Чтобы осушать шахту такой глубины, требовалось поставить на откачку воды более 600 рабочих. Революцию в этом деле произвело изобретение ворота. В середине XVI в. стали применять колесо, имевшее 10 м в диаметре. Колесо приводилось в движение водой. При его помощи по очереди поднимали в бадьях руду, а в кожаных мешках воду. Такое колесо обслуживали всего 2 человека. Эти машины приводились в движение конной тягой или силой воды.

В XVI в. такие операции, как измельчение, обжиг, промывка и просеивание руды, стали производить на одном предприятии — мануфактуре, и это улучшило качество получаемого металла. В XVII в. на шахтах стали изрывать породу, вывозить руду на вагонетках, движущихся по деревянным рельсам. Увеличение добычи и улучшение обработки драгоценных металлов, умение получать нужные сплавы помогали в изготовлении оружия и домашней утвари, в чеканке монет.

С далеких времён европейцы привыкли пользоваться древесным углем. В районах горнодобычи и металлургии к XVI в. резко уменьшились площади лесов. Власти стали производить новые посадки, но это не могло решить проблему топлива, и тогда в XVI в. научились добывать и применять каменный уголь.

Переход на использование каменного угля, который научились очищать в начале XVII в., привел к повышению производительности производства. Центром добычи угля стала Англия, где за столетие, с 1540 по 1640 г., его добыча увеличилась с 200 тыс. т до 1,5 млн. т. Один из современников заявил: «Исправьте ваши карты: Ньюкасл — это Перу!» Каменный уголь считался не менее ценным для страны, чем серебро.

Новые изобретения привели к росту книгопечатания. Книги издавались с иллюстрациями, на них увеличился спрос. Выпускается и техническая литература. Самым известным сочинением стала книга гуманиста Георгия Агриколы, бывшего знатоком горного дела. Сочинение Агриколы так и называлось: «О горном деле и металлургии в двенадцати книгах». Желающие могли теперь приобрести серию «руководств» с гравюрами об устройстве различных механизмов.

И все же многие изобретения с трудом находили себе дорогу в жизнь, встречая сопротивление городских цехов. Почему же сопротивлялись цеховые ремесленники? Во-первых, из боязни конкуренции. Но была и вторая причина. Применение разных приспособлений противоречило сознанию средневекового человека, его убежденности в том, что работать надо в традициях отцов и дедов. Богатство, полученное не как результат собственного тяжкого физического труда, считалось греховным. Примешивалось здесь и средневековое понимание «справедливости» как полного материального равенства. Эти представления господствовали в Европе до середины XVII в.

Военная промышленность

На дорогах Европы в XVI в. можно было увидеть такую картину: запряженные цугом лошади тащили пушку, повернутую стволом назад. Прохожие и проезжие оглядывались: пушки вызывали интерес.
Крупные орудия были уже и в XV в.: более 8 т весила «Брауншвейгская Метта», но «королевой» бомбард считалась «Бешеная Грета», ее вес —16 т, а диаметр ядра — 70 см. В пушечном деле происходят изменения. С развитием техники кованые орудия уступают место литым, более прочным, изготовленным из бронзы.

Развитие артиллерии повлияло на изменение крепостных стен. Высокие стены рушились под градом ядер, и города стали защищаться мощными земляными валами. Поскольку ядра не могли пробить толщу земли — бомбарды уходят со сцены, их переливают в пушки — орудия с длинными прямыми стволами. Теперь уже в дело идут не каменные, а железные ядра. Однако полет ядра был прямой. Тогда для разрушения земляных валов стали использовать мортиры, сделавшие возможным навесной огонь. Заряжали их разрывными бомбами.

Со временем пушки стали устанавливать на морских судах. Развивалась артиллерийская наука. Итальянский математик Тарталья рассчитывал траектории полета снарядов и давал советы мастерам-литейщикам.

Но орудия были еще несовершенны и представляли опасность для орудийного расчета не меньшую, чем для врага. Заряжались они с дула, были неудобны, часто при выстреле ствол разрывался.
В военной науке даже выработали тактику обезвреживания орудий: перед пушкой выстраивался сплошной ряд всадников, фланги были вооружены пиками. После первого выстрела, чаще всего не приносившего противнику большого вреда, рыцари с пиками окружали артиллерийский расчет, а центр бросался вперед и уничтожал артиллеристов раньше, чем они успевали перезарядить орудие.

Развивается и ручное огнестрельное оружие. В середине XVI в. вводятся фитильные ружья, известные под названием мушкетов. Солдаты, вооруженные мушкетами, назывались мушкетерами, и первоначально это были только пехотинцы. Мушкет тоже заряжался с дула, в которое солдат закладывал порох и 8—10 пуль. Сам мушкет укладывался на деревянную распорку. Курок у мушкета был снабжен тлеющим фитилем, когда его спускали — фитиль воспламенял порох.

Первые кремневые ружья тоже появились в XVI в. (вместо фитиля здесь применялся кремневый запал). Историки отмечают, что уже в это время стали делать прямую нарезку в стволах, но такие ружья были очень дороги (нарезка-то ручная!) и редки.

В первой половине XVII в. во Франции изобрели штыки, прикрепляемые к ружьям. Стали делать у ружей приклад. Но это оружие не годилось для кавалерии, и для нее создали короткоствольные ружья-карабины и пистолеты. Входят в употребление и ручные гранаты.

С усилением роли огнестрельного оружия падает роль рыцарства. У историков есть мнение, что «рыцарство было уничтожено пушкой».

Сельское хозяйство

Главным занятием европейского населения оставалось сельское хозяйство. В нем было занято 90% населения. По обычаю считалось, что земля принадлежит господину и крестьянин ею пользуется, но не может распоряжаться (продать, купить без его согласия). За пользование землей полагалось нести в пользу господина различные повинности — денежные и натуральные. Но и здесь появились черты нового. Рассмотрим этот процесс на примере английской деревни.

Административно-хозяйственным центром деревни был манор — вотчина, в которой жил помещик, лендлорд. Его владения окружали усадьбы крестьян. Большинство жителей деревни составляли мелкие арендаторы, получившие землю в аренду на 21 год. Бывшие крепостные были опутаны феодальными повинностями. Существовали и небольшие участки мелких собственников. Но их число было незначительно, не превышало четверти населения деревни, да и земли у них было недостаточно. На окраинах деревни скучились крохотные усадьбы — хижины деревенской голи — коттеров и батраков.

На севере и северо-западе страны преобладали дворяне старого типа — дворяне-феодалы. Главные доходы им приносили повинности крестьян: денежные и натуральные оброки. Лорд собирал земельный налог. Наряду с деньгами крестьяне платили и натурой — фунт перца или тмина, позолоченные шпоры или старинный знак крестьянской зависимости — пара каплунов для кухни лорда. Лорд был еще и судьей. Такие помещики редко сбывали сельскохозяйственные продукты на рынки. С презрением смотрели они на выскочек-дворян, выделившихся из рядов разбогатевших купцов.

Отсталые север и запад оставались в XVII в. краем феодальной старины. Но эта картина патриархальной жизни была обманчива. В деревне происходили огромные перемены. В Англии с XV в. начались огораживания. Все больше помещиков вели хозяйство по-новому: превращали пахотные земли в пастбища, для чего сгоняли арендаторов с их наделов, а для работы нанимали батраков, наемных сельскохозяйственных рабочих. Продажа шерсти давала возможность разбогатеть.

Новые слои населения

Иностранные   путешественники   отмечали, что в начале XVII в. треть английской территории лежала под пастбищами, что стада овец, насчитывавшие тысячи, а то и десятки тысяч голов, бесконечной чередой тянулись по обеим сторонам большой дороги, простиравшейся от Лондона на север. Владельцев таких поместий стали называть новыми дворянами. Применяя наемный труд, они превращались в сельских предпринимателей — капиталистов. Это изменило и их стиль жизни. Они поддерживали тесные отношения с буржуазией: создавали в своих поместьях промышленные предприятия, вместе с купцами занимались торговлей, вступали в родственные отношения с богатыми буржуазными семьями.

Новый хозяйственный уклад подчинял себе и зажиточных крестьян. Крупные хозяева — те. которые, по свидетельству современника, имели возможность «спать на пуховике» и «обзаводиться серебряной посудой», опутывали долгами и разоряли бедных соседей, скупали их наделы в общинных полях, нанимали для работы батраков. В их хозяйствах использовались усовершенствованные орудия труда — двухколесные плуги, сеялки, молотилки. Таких крестьян называют фермерами. Новые дворяне и фермеры — явления нового, капиталистического уклада, который активно развивался в английской деревне в начале XVII в. В то же время тысячи крестьян, согнанных с отцовских наделов, переходили из деревни в деревню в поисках возможности взять землю в аренду или на худой конец получить какой-либо случайный заработок.

Рост торговли увеличивал число буржуазии среди городского населения. Само слово «буржуа» появилось во Франции еще в XII н. и означало «почтенных» граждан города. Так обращались к судьям, адвокатам, нотариусам, врачам, аптекарям. Общество требовало, чтобы «почтенный» человек обладал богатством, имел земли за городом и жил в собственном доме, вел себя достойно. Верхушку буржуазии в середине XVII в. составляли купцы-негоцианты, банкиры и откупщики.

Особую группу буржуазии составляли финансисты-банкиры, которые, кроме работы в своих банках и компаниях, занимались государственными финансами, несли королевскую службу. Многие из них сочетали это занятие с деятельностью откупщиков.

Вот пример могущественного семейства финансистов Кастанье в эпоху французского короля Людовика XV. Их карьера началась вместе с войной за Испанское наследство. Современник писал: «Одни были сборщиками тальи в Каркассоне, другие — управляющими Ост-Индской компании, их сыновья и племянники, прежде чем стать министрами, заседали в Тулузском парламенте. В Каркассоне работали мануфактуры Кастанье. В Париже существовал банк Кастанье... В Амстердаме находился банк Кастанье». Они снабжали деньгами закупщиков оружия и финансировали колониальные экспедиции. Одним из главных кредиторов короля был Антуан Кроза, участвовавший в образовании Компании мыса Негр, в Гвинейской компании, в заключении договора о ввозе негров в Испанскую Америку, короче говоря, во всей крупной международной торговле Франции. В 1712 г. он получил монополию на торговлю с Луизианой.

Во Франции не было централизованной системы государственных финансов. Их поступление в казну зависело от посредников. Одними из таких посредников были откупщики, бравшие на откуп сбор какого-то одного налога. Они выплачивали определенную сумму в казну, а после могли распоряжаться всеми собранными денежными средствами. После 1730 г. во Франции было сорок генеральных откупщиков, в руках которых фактически находились финансы страны. Кто мог стать откупщиком? Только очень богатый человек, имеющий к тому же необходимые связи. Королевские откупа просуществовали до самой Великой французской   революции 1789 г.

Дворянство во Франции было неоднородно. Во-первых, существовало старинное родовое дворянство (ведущее свой род из раннего средневековья), живущее за счет доходов от поместий, от службы при дворе и в армии. Короли не жалели для них подарков и пенсий. И все-таки были обедневшие семьи, из числа тех, кто не служил при дворе, а земли своего домена распродал давно. Их называли «воздушные феодалы» — ведь больше им ничего не принадлежало.

Современники писали о дворянах, которым приходилось самим обрабатывать поле или заниматься ремеслом. Так, представитель одного из древних, но обедневших дворянских родов в Оверни шевалье де Прад вынужден был заниматься ремеслом угольщика. Шевалье добывал уголь и сам же развозил его для продажи, не разлучаясь со своей шпагой. Он нагружал на осла корзину с углем, а также вешал шпагу на шею осла. Прибыв к заставе, дворянин надевал шпагу и совершал торжественный въезд в город, держа руку на эфесе почетного оружия.

Собрание провинциальных штатов было праздничным днем для этой разорившейся знати — тогда можно было на парадных обедах вознаградить себя за долгие дни питания всухомятку по-крестьянски.

Часть французского дворянства считала для себя унизительным заниматься торговлей и предпринимательской деятельностью, но в XVIII в. стало формироваться деловое дворянство. Если во владениях дворянина находили железную руду или каменный уголь, он становился предпринимателем или сдавал эти земли в аренду. Некоторые становились пайщиками торговых компаний или откупщиками, принимали участие в создании колониальных поселений.
По свидетельству ряда французских историков, дворянство во Франции XVIII в. «было даже охвачено настоящей страстью к деловым операциям... более всего спекулировало». Новая деятельность меняла их дух, рождала желание ограничить королевскую власть.

Часть городского населения относили к «низшим слоям». Росло богатство, но рядом с ним увеличивалась бедность. В те времена каждый город имел своих бедняков и любой человек, живущий только своим трудом и работающий по найму, мог попасть в их число. Причин для этого было много: болезни, потеря работы, уменьшение заработной платы, смерть одного из супругов, вздорожание хлеба при большом числе детей... Эти беды вели к нищете. «Своим беднякам» город старался как-то помочь, о них пытались заботиться. В Венеции, например, власти выдавали им специальные документы или жетоны (знак Святого Марка), разрешавшие беднякам жить в городе и даже просить милостыню у церквей в богатых кварталах и на рынках. Бедняка жалели, но не презирали, потому что разорение, выгонявшее человека под открытое небо, угрожало всем.

Но если бедняк был «чужаком», впереди у него был один путь — бродяжничество и нищенство. «Порядочные» люди бродяг презирали. В старые времена нищий, вставший у порога богача, считался Божьим посланцем. Христиане верили, что в таком облике мог явиться и сам Иисус Христос. Но к XVI в. чувство сострадании к таким людям почти исчезло. Их жизнь была адом, да и зрелище они представляли страшное — толпы грязных оборванцев, покрытых язвами. Города боялись бродяг, изгоняли их за ворота, но они входили в другие и совсем избавиться от них было невозможно. Их косили болезни, смерть шла по пятам, однако меньше бродяг и нищих все равно не становилось. В XVI в., когда появилась потребность в наемном труде, толпы бродяг на дорогах вызывали у предпринимателей ненависть. Они видели в них только бездельников, которые могли бы стать дешевой рабочей силой.

Власти принимают законы о нищенстве, запрещают собирать милостыню на городских улицах. За нарушение — суровая кара. В Германии в городе Кельне бродяга, трижды пойманный за «незаконное» попрошайничество, приговаривался к повешению. В XVI в. в Англии издали такие жестокие законы против бродяг, что народ назвал их «кровавыми»: каждый желающий имел право насильно превратить бродягу в своего работника. Сбежавшего, но пойманного бродягу клеймили.

Был ли выход из такого положения? Каждый искал свой. Некоторые объединялись в банды, занимавшиеся грабежом, пиратством. Другие поступали на службу в армию или нанимались в слуги. Богачей было много, в как богатому без слуги? В одном только французском городе Лионе в XVI в. четверть населения составляла прислуга. Слуг имели и многие мастера, ремесленники, зажиточные крестьяне. Но в слуги шли без охоты, ведь слуга себе не хозяин, днем и ночью он при господине.
Так и жили они на обочине дороги, там рождались многие из них, там и умирали.

Как и в период средневековья, в XVI — XVII вв. городское население в Европе росло очень медленно. Крестьяне составляли 88% всего населения. Почему же почти совсем не росли города? Одна из главных причин — отсталые способы ведения сельского хозяйства. Во Франции, например, землю крестьяне обрабатывали вручную — сохой или древней мотыгой. Даже в XVIII в. плуг применялся редко и в основном в хозяйстве у богатых крестьян. Железо было дорогим. После сохи по земле проходили бороной, потом сеяли. Когда хлеб созревал, его жали серпами, так как пользоваться косами, предназначенными для травы, обычай не велел. В деревне царили суеверия. Пахать не начинали, пока поле троекратно не обходили вокруг с хлебом или овсом и зажженной свечой. Семена просеивали на волчьей шкуре, проделав в ней обязательно — не больше и не меньше — тридцать дыр. Каков же мог быть урожай? А чтобы прокормить одного горожанина, требовалось такое количество продуктов, произвести которое могли 8—9 крестьян, работавших на земле.

Возможно, что испытания, посланные судьбой, выработали у крестьян такие свойства характера, как умение приспосабливаться к обстоятельствам, медлительность в принятии решений, боязнь любых нововведений, упорство в поисках средств существования. Крестьяне Северной Европы, например, были также рудокопами, железоделами, ткачами, перевозчиками, занимались каботажным плаванием, шли в поденщики. Без дополнительного дохода выжить было невозможно.

С веками менялось и положение крестьян: они были и рабами, и крепостными, и свободными держателями земли, испольщиками и арендаторами. И если в средневековье крестьяне в основном были лично зависимы, то к началу нового времени в большинстве своем они получили личную свободу. Однако, как ни важна была свобода, сытой жизни она не гарантировала.

В 1676 г. один проповедник в Верхней Австрии так прославлял свое время: «Возблагодарим Бога: нет теперь больше в округе крепостных, и всякий сегодня может и должен служить, где пожелает!» Да, крестьянин свободен, но земля по-прежнему принадлежит сеньору, государство берет налоги, церкви надо отдать десятину, а сеньору — повинности. При такой свободе надо было исхитриться не умереть от голода и непосильного труда.

В новое время появились черты нового, капиталистического уклада жизни: развивается торговля, возникает и набирает силу мануфактурное производство, основанное на разделении труда, быстрее, чем прежде, совершенствуется техника.

Изменяются положение и занятия различных слоев населения; растет и богатеет буржуазия, втягивается в новую хозяйственную жизнь дворянство, постепенно освобождается от чинной зависимости крестьянство, растет число лиц. работающих по найму.

Документы

Централизованная мануфактура XVI в.

Баллада о Джеке из Ньюберри (Извлечение)

В горнице... стояло двести станков, прочных и крепких: на этих станках, истинная правда.— работали двести человек, все в одну шеренгу. Возле каждого из них сидело по одному прелестному мальчику, которые большим восторгом приготавливали челноки А тут же, в другом помещении, сто женщин без устали чесали шерсть с радостным видом и звонко распевали песни. В следующей комнате работали сто девушек... эти прелестные девушки, не переставая, пряли.

В другой комнате бедно одетые дети сидели и щипали шерсть, отбирая самую тонкую от грубой. В награду за свои труды каждый из них получал вечером по одному пенни, кроме того, что они выпьют и съедят за день, что было для этих бедных людей немаловажным подспорьем. В следующем помещении видим еще 50 молодцов: это были стригали, показывающие здесь свое искусство и умение. Тут же, возле них, работали целых 80 декатировщиков. Кроме того, суконщик имел еще красильню, при которой держал 40 человек, да еще на сукновальне 20.

 

Комиссия но расследованию дел об огораживании 1617 г.

(На основе королевской грамоты)

В прошлые времена некоторые из наших подданных, не думая ни о Боге, ни о благе и выгодах нашего королевства, ни о его защите, окружили изгородями и канавами некоторые деревни, хутора и другие места в английском королевстве, где жили и из года в год прилежно занимались земледелием многие из наших подданных, выгнали и выбросили их из домов, деревень и хуторов, а также принадлежащие к ним поля и земли обратили в пастбище для разведения овечьих стад и другого скота для своей личной выгоды... вследствие этого деревни, хутора и другие места не только приведены в запустение, но и дома... в них так разорены, что теперь не остается от них и следа, и наши подданные, которые там жили и занимались земледелием, доведены до праздности, мачехи добродетелей... и земледелие и скотоводство., прекратились и совсем исчезли в этих местах, и освященные там церкви и капеллы разорены...



Королевские статуты Акт о наказаниях для бродяг и упорных нищих 1597 г.

(Извлечения)

III. ...Всякий, кто этим актом признается бродягой или упорным нищим, схваченный после ближайшей Пасхи за выпрашиванием милостыни, бродяжничеством или бесчинством в каком-либо месте в этом королевстве или в княжестве Уэльс, должен быть после своего ареста по распоряжению мирового судьи, констебля... раздет догола выше пояса и публично бит кнутом, пока его спина не покроется кровью, а потом их следует пересылать из прихода в приход., где они родились, если эти приходы известны... а если они неизвестны, то в те приходы, где он или она жили перед наказанием в течение года, и там они должны наняться на работу, как следует честным людям... И если это лицо по своей вине не выполнит предписания... то его следует немедленно схватить и наказать кнутом и делать это всякий раз. как им будет нарушено какое-либо из предписаний этого статута... а такое наказанное кнутом лицо, относительно которого неизвестно, где оно родилось или где в последний ряд проживало в течение года, должно быть отправлено... и исправительный дом того округа, в котором лежит деревня, или в общую тюрьму графства или местности, и там оно должно оставаться работать, пока ему не будет найдена какая-нибудь служба...

IV. ...Если окажется, что кто-либо из этих бродяг представляет опасность для простонародья той местности, где его взяли, и вообще не может быть исправлен от своей бродяжнической жизни мерами этого статута, то в каждом таком случае... могут заключить такого бродягу в исправительный дом или в тюрьму графства... эти бродяги могут быть и изгнаны из этого королевства и всех его владений и на государственный счет сосланы в те заморские страны, которые будут предназначены для этого, или же пожизненно отравлены на казенные галеры... и если кто-либо из сосланных бродяг вернется обратно... не имея на то законного разрешения, то такое преступление будет караться смертной казнью...

Юдовская А.Я., Баранов П.А., Ванюшкина Л.М. Новая история

Число просмотров: 7261